Воскресенье, 24 июня 2018 г. Главная страница Написать письмо Карта сайта
О компании Пресс-центр Услуги Вопрос-ответ Контакты
   
На главную страницу
Сотрудничество с нами —
ЗАКОНОМЕРНЫЙ ВЫБОР.

«Успех порождает самодовольство, самодовольство порождает неудачу».
Андрош Гроф-Энди Гроуфф.
«Повышение квалификации — необходимый элемент профессиональной деятельности, основа успеха.»
Корпоративный кодекс ЮФ
«Бизнес-Консалтинг».

Пресс-центр

Статьи, публикации
Новости компании
Статьи, публикации
Информационные бюллетени


«БАНКРОТСТВО: КОНЕЦ ИЛИ НАЧАЛО?»



«…Грань между законностью и незаконностью преднамеренного вывода активов очень тонкая и скользкая. Во многом это вопрос компетенции оформлявших сделки юристов. Ведь вопрос чаще всего стоит так: смогут оппоненты доказать незаконность вывода активов, преднамеренность приведения предприятия к банкротству или нет…»

Лазаревский

Евгений Лазаревский

Генеральный директор юридической
фирмы «Бизнес-Консалтинг»

Как дойти до жизни такой

Несостоятельность — это когда организация не способна удовлетворить денежные требования кредиторов. Таков итог рискованной финансовой политики компании, переоценка возможностей, конъюнктуры; завышенная оценка стоимость активов. Случается, конечно, и явный форсмажор, но стихийные бедствия и политика государства на то и идут специальным разделом в хозяйственных договорах, чтобы в случае чего просто развести руками: даже от нашествия инопланетян и столкновения с кометой мы до конца не застрахованы.

У всех на виду и на слуху нынче два типичных примера: недвижимость и акции. Еще вчера эти два направления бизнеса были главными инструментами заработка предпринимателей. Цены на строения и земельные участки росли как на дрожжах; на курсах акций знающие люди зарабатывали состояния в течение нескольких месяцев. Сегодня именно эти «динамично развивающиеся» бизнесы рухнули в одночасье, похоронив под своими обломками не только надежды олигархов, но и ожидания «середняка».

Правда, падение в недвижимости пока из последних сил скрывается строителями, деволоперами и риэлторами. Они декларируют «незначительные» скидки в рамках какой-нибудь «акции», но в личной беседе с потенциальным клиентом, демонстрирующим живые деньги, «двигаются» весьма серьезно. С акциями этот номер не проходит: котировки публичны, торги идут каждый день. Банки шутить не намерены: изменение рыночной стоимости залоговых активов влечет за собой и ужесточение требований по кредитам.

Итог: богатые рыдают горючими слезами на всех уровнях. Промышленные предприятия лихорадит. Объемы реализации продукции падают, при этом от имеющихся коммерческих и социальных обязательств никто никого пока не избавлял.

Копье кризиса пронзило всех. Благо тем, кто смог «присосаться к бюджету». Там еще кое-какие денежки водятся, хотя как долго это продлится, не знает пока никто. Для многих других рассматривать вариант банкротства стоит уже сегодня: основательно и без суеты. Ведь грамотно проведенное банкротство не только закрывает прошлые «головняки», но и открывает перед бизнесом новые, еще до конца не изученные возможности.

«Мертвая» статья

Вокруг термина «банкротство» в массовом сознании накручено много жути. Однако специалисты лишь пожимают плечами: для добросовестного предпринимателя это может быть обычной рабочей процедурой, позволяющей в последующем честно вести бизнес. Проблема в том, что не все предприниматели готовы на деле подтверждать свою добросовестность.

У всех на слуху термин «преднамеренное банкротство». Вполне устойчивое предприятие вдруг перестает исполнять обязательства, его активы выводятся, а спохватившиеся кредиторы приходят уже на дымящиеся руины. Вообще-то это незаконно: на этот счет в Уголовном кодексе существует специальная статья. Но и юристы, и судьи дружно называют эту статью «мертвой».

Генеральный директор юридической фирмы «Бизнес-Консалтинг» Евгений Лазаревский полагает, что грань между законностью и незаконностью преднамеренного вывода активов «очень тонкая и скользкая».

«Во многом это вопрос компетенции оформлявших сделки юристов, — рассуждает Лазаревский. — Ведь вопрос чаще всего стоит так: смогут оппоненты доказать незаконность вывода активов, преднамеренность приведения предприятия к банкротству или нет».

Статистика и судебная практика пока говорят не в пользу условных «оппонентов». По данным МВД России, в 1997—2007 годах зарегистрировано 1971преступление, предусмотренное ст. 196 УК РФ (преднамеренное банкротство). Лишь в отношении 437 лиц материалы дела переданы в суд. Про обвинительные приговоры по таким делам статистики найти вообще не удалось. Во многих регионах России за все время действия статьи (12 лет) не было выявлено ни одного такого преступления.

Любопытные данные удалось найти в посвященной банкротствам дипломной работе юриста Алексея Белова. Эти данные, конечно, не могут претендовать на официальность, однако тенденции и проблемы они показывают четко. В рамках исследования Белов провел тестирование среди сотрудников прокуратуры, судей, арбитражных управляющих, юристов, оказывающих услуги по представлению интересов должника и кредитора в процессе рассмотрения дела о банкротстве. Было опрошено 40 человек. Из них 9 работников прокуратуры, 8 судей, 9 арбитражных управляющих и 14 практикующих юристов. На вопрос «считаете ли вы, что преднамеренное банкротство сегодня широко распространено?» 90% опрошенных ответили утвердительно. 100% респондентов уверены, что таких преступлений совершается больше, чем выявляется. Основными причинами этого печального явления эксперты называли «латентность данного преступления» (20%), «несовершенство законодательной базы» (30%) и «денежные возможности и связи сторон» (50%). Проще говоря, половину дела решает наша «любимая» коррупция.

Поздравляю, Шарик, ты — банкрот!

«Извечная наша беда: строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения, — горько иронизирует Евгений Лазаревский. — Возможности блокировать преднамеренное банкротство в законодательстве предусмотрены. Для этого большую бдительность следует проявлять налоговым и правоохранительным органам, однако они зачастую подходят к делу формально, если на то нет особой заинтересованности или указания «сверху».

Это огромная «черная» дыра, в которой исчезают вчера еще успешные и стабильно работающие предприятия. «Модных» схем ликвидации компаний сегодня развелось множество. Классика — смена состава учредителей, оформление предприятия на паспорта «деклассированных элементов». Затем от имени новых собственников производятся сделки купли-продажи активов. Тех, кто пытается «отыграть» сделки назад, отправляют иметь дело с новыми «собственниками», которые лежат себе в алкогольной коме под забором. Именно по этой схеме, говорят эксперты, «ушла» в свое время птицефабрика «Сылвенская».

Другое актуальное направление — «присоединение» фирмы к какому- нибудь кагалымскому или магаданскому ООО «Дутый шарик». Есть претензии? Добро пожаловать в Магадан, теперь наша компания «прописана» там, у нее новый собственник, решайте с ним все вопросы. О том, что новый собственник — «слив-контора», и говорить не стоит. При реализации этой схемы к прочим факторам трудностей расследования подобных махинаций включается еще и географический. Далеко не всегда имеет смысл отправлять высокооплачиваемую бригаду юристов в Магадан — при весьма неочевидном результате их работы.

Выйти с честью

Описанные схемы и им подобные махинации применимы, преимущественно, в сфере малого и среднего бизнеса. Хорошая новость для кредиторов: с крупными предприятиями такой номер вряд ли пройдет. Все же они на виду, за ними пристально наблюдают власти, там большой трудовой коллектив, огромные мощности и т. п. А вот имея дело с компаниями помельче следует быть настороже.

Юристы, работающие в бизнес-сфере, утверждают: банкротство — это цивилизованный путь ликвидации бизнеса. Он прозрачен как для контролирующих органов, так и для кредиторов. У него есть множество плюсов. Перечислим важнейшие из них.

Во-первых, вводится внешнее наблюдение. На этой стадии управляющий проводит анализ деятельности предприятия, выявляет должников, а руководство ограничивается в праве заключения некоторых видов сделок. Арбитражный управляющий заинтересован если не в сохранении предприятия, то в максимально высокой цене реализации его активов и удовлетворении требований как можно большего числа кредиторов.

Во-вторых, налагается мораторий на различные пени и штрафы. Начало процедуры банкротства — это «стоп- игра»: ситуация фиксируется в некой точке, с момента которой и начинается разбирательство. Новые требования могут быть предъявлены лишь в рамках процедуры банкротства.

В-третьих, это уже упомянутое «сохранение лица». Да, бизнес в России имеет множество нюансов, но «честное купеческое», репутация человека слова все же даже здесь «весят» очень много.

Наконец, у собственников есть возможность сформировать некий пул важных для бизнеса активов и попытаться выкупить его самим. Тем самым спасается пусть не весь бизнес, но его некая работоспособная часть, на базе которой можно основать новое направление работы. В качестве примера тут может послужить опыт пермского строительного «Треста № 6», прошедшего через процедуру банкротства. У треста еще с советских времен оставалось множество непрофильных активов. Он избавился от них, сохранив производственную базу. Сегодня трест, безусловно, испытывает проблемы, как и вся строительная отрасль. Но — не более того.

Не верь, не бойся, не проси

Эксперты дружно кивают головами: не стоит верить досужим вымыслам и преувеличивать «ужасы» банкротства. Не нужно бояться в случае необходимости разворачивать эту процедуру. Банкротство — это не путь на паперть с протянутой рукой. Это наиболее достойный выход из затруднительного положения, понятный всем без исключения участникам процесса.



← Назад
 
О компании Пресс-центр Услуги Вопрос-ответ Контакты
ЮФ «Бизнес-Консалтинг», Пермь, тел.: +7 (342) 219-51-10
ЮФ «Бизнес-Консалтинг», Екатеринбург, тел.: +7 (343) 344-28-91
© ЮФ «БИЗНЕС-КОНСАЛТИНГ», 2007
Разработка: ARTIDEA brand consulting            Работает на CMS BS